«ЗОЛОТОВАЛЮТНЫЙ РЕЗЕРВ ЛИТЕРАТУРЫ»

«ЗОЛОТОВАЛЮТНЫЙ РЕЗЕРВ ЛИТЕРАТУРЫ»

Так называют критики писателя Алексея Иванова. Ему благоволит столичный, окололитературный бомонд, а он ни в какую не желает менять свой провинциальный город на Москву, предпочитая неспешно писать книги и сплавляться по рекам в свое удовольствие.
На днях писатель из Перми, трижды номинант на премию «Национальный бестселлер», Алексей Иванов встретился с екатеринбургскими читателями.
Как раз накануне я выиграл в интернет-викторине одну из недавно вышедших книг писателя — «Общага-на-крови». В ее основе — история студенческого общежития, которое на много лет стало домом для героев этого романа. Обитатели общаги пьют вино и пишут стихи, дерутся и играют на гитаре, враждуют с комендантшей, ненавидят и любят друг друга со всем присущим юности максимализмом, так отчаянно, не замечая ничего вокруг, словно остальной Вселенной для них не существует. Все это написано таким фактурным, «кинематографичным» языком, что в события романа в романе по-настоящему веришь. Почти документальной достоверности книге добавляет тот факт, что место главного действия до боли напоминает девятиэтажное общежитие УрГУ на улице Большакова. И это неудивительно, сам Алексей Иванов за годы учебы на факультете искусствоведения в этом университете успел хлебнуть «общажной жизни».
Иванов вообще, по его словам, ратует за литературную действительность, насыщенную «реальной жизнью и кровью», а потому и пишет только о том, что действительно знает.
— Нынешняя литература слишком отфильтрована, рафинирована, — считает писатель. — Причем не то чтобы в ней не хватало грязи, как раз наоборот — трупов, крови, чернухи достаточно. Не хватает настоящей, подлинной, плотской грязи, а вся, которая присутствует, — она искусственно создана. Поэтому в нее и не веришь, а воспринимаешь лишь как грим. Не пробирает такое чтиво.
Благосклонные критики удивляются Иванову, который пишет свои книги не том за томом, когда ткань сюжета одинакова, и произведения напоминают затянувшийся сериал. У этого автора каждая повесть или роман отличается от предыдущих как по наполнению, так и по стилю.
— Критики, с одной стороны, хвалят, а с другой — гвоздят так, что мало не покажется, — скромно заявляет Алексей Иванов. — Но это обычный процесс. Работа критиков — повесить на писателя ярлык, чтобы человеку, еще не открывшему книгу, стало, по их мнению, понятно, чего же ожидать от чтения.
Не обходится и без курьезов. Как-то один из критиков после выхода книги «Общага-на-крови», не разобравшись в ней толком, набросился на Алексея Иванова с упреками, дескать, он исписался и стиль его после «Сердца Пармы» и «Золота бунта» значительно ухудшился, стал каким-то молодежным. Обвиняли Иванова и в том, что он «печет романы, как пирожки».
— Так бывает, когда рецензент не посмотрит на дату, указывающую, когда я закончил роман или повесть, — пояснил Алексей Иванов. — Дело в том, что писать я начал лет пятнадцать назад, а первая моя книга, «Чердынь — княгиня гор», вышла лишь три года назад. После напечатали «Золото бунта», и, когда пришел успех, издательство в краткие сроки выпустило все остальные мои произведения, нарушив хронологию их написания. Из-за этого, должно быть, и создалось мнение, что я занимаюсь строчкогонством и на меня работают литературные рабы.
Себя Алексей Иванов, замечая, что если судить не по творчеству, а лишь по амбициям, оценивает как «автора, делающего штучный продукт, который пишет неспешно и стоит дорого». Издательство же характеризует Иванова не иначе как «современного, модного, буржуазного писателя». Поэтому в ближайшее время нечего ожидать, что его книги будут печататься в мягких обложках и стоить дешевле, чем сейчас. Что до буржуазности, то сегодня ведутся переговоры по поводу перевода произведения «Географ глобус пропил» на французский язык.
Намереваются снимать по книгам Алексея Иванова и фильмы. Режиссеры уже отметили «киногеничность его романов».
— Четырехсерийная картина выйдет в свет по роману «Географ глобус пропил», — отмечает писатель. — Я уже продал все права кинокомпании. Экранизируют и «Сердце Пармы». Это будет богато костюмированный фильм, бюджет которого составит около 20 миллионов долларов. Снимать начнут в начале 2007 года, а займется этим та же компания, что создавала сериал «Мастер и Маргарита». Моя книга «Золото бунта» ляжет в основу 12-серийной картины, я буду соавтором сценария.
По мнению Иванова, сейчас во всем мире писателю крайне сложно существовать в культурном пространстве без дополнительной медийной поддержки.
— Либо ты должен прославиться скандалами, либо не вылезать из ток-шоу, либо продать свои права на экранизацию, — рассуждает писатель, — я пошел по третьему пути. Конечно, есть опасения, что фильмы получатся не такими, как мои произведения, мысль, возможно, будет несколько искажена, но риск оправдан.
Как правило, писатель, достигнув определенной известности, стремится перебраться в Москву, считается, что там возможностей больше. Самый свежий пример — драматург Константин Костенко, который не так давно переехал из Хабаровска в столицу. Но Алексей Иванов покидать Пермь не собирается.
— В центре свои правила, а в провинции свои, — говорит писатель. — Переехав, я должен буду измениться. А жить по московским лекалам мне тяжело и неинтересно.
Вообще, отношение к жителям столицы, многие из которых не видят России за пределами МКАДа, у Иванова не сказать чтобы позитивное. Скорее — наоборот. Так, сюжет книги «Чердынь — княгиня гор» завязан на конфликте «центра и регионов». По фабуле жители пермского края защищаются от войск московитов, посланных Иваном Грозным, говоря современным языком, для восстановления конституционного порядка. Московиты, не разбирая, кто прав, кто виноват, просто методично все выжигают. Москва предстает городом-монстром, который рушит культуру. Иванов возвысил провинцию, которая хоть и живет мелкими интересами, но именно благодаря этому умеет разглядеть малейшие ростки добра.
— Этим романом я не хотел даже намеком унизить столицу. По-моему, лучше развести понятия москвичей и московитов. Первые — это добрые и щедрые люди. А вот вторые — носители пиксельного сознания. Таких как раз очень много в столице, но и в провинции хватает.
По убеждению Алексея Иванова, «московит» — это человек-пиксель, который мыслит плоско: ярлыками, комиксами. Московитам лень задумываться о людях, явлениях, вещах. Появился новый человек или факт — они втискивают его в готовую схему, а все, что в нее не вмещается, — обрезают. Провинциальное сознание со всеми его комплексами, склонностью к самолюбованию и самобичеванию, уверен Иванов, все же воспринимает мир, не нарушая причинно-следственной связи. Московитам же нужен ярлык: если правильно одет — друг, если не хочет переехать в столицу — невменяемый идиот.
К слову сказать, следующий роман, который задумал Алексей Иванов, тоже в какой-то мере посвящен «пиксельному сознанию». Рабочее название книги — «Блуда и Мудо».
— Мудо — это муниципальное учреждение дошкольного образования, — раскрывает замысел писатель, — Дом пионеров по-старому. Главный герой, Моржов, работает «Чичиковым», торгует мертвыми душами. Это разные справки и сертификаты, которые он достает для детей. При этом самих детей нет, но эффективность работы Мудо оценивают по количеству выданных сертификатов. И в итоге и Моржов (так же проще!) начинает оценивать окружающих лишь по набору ярлыков и справок. Для того, чтобы производить впечатление, у Моржова есть визитка, чтобы заниматься сексом — виагра, чтобы иметь мнение — телевизор. Этого хватает, чтобы процветать. Понятно, что в набор сертификатов входит модная одежда, престижная машина, дом и прочее. А вот что нужно сделать, чтобы Моржовы не победили в мире окончательно — вопрос не праздный.

Семен Чирков
Сайт «Sobinform.ru» (г.Екатеринбург), 2 сентября 2006 г.