ОТКРЫТОЕ ПИСЬМО

Уважаемая редакция! В «Новом компаньоне» (№ 25 от 19 июля 2005 г.) была опубликована статья А. Иванова «Быт гладиаторов», в которой упоминается имя Василия Каменского. Данная автором статьи оценка личности и творчества этого человека была столь несправедлива, если не сказать оскорбительна, что промолчать просто невозможно.

ОТКРЫТОЕ ПИСЬМО
писателю Алексею ИВАНОВУ
(автору романа «Чердынь - княгиня гор»)
Алексей Викторович!

Обращаются к Вам сотрудники мемориального дома-музея В. Каменского в с. Троица (думаем, столь нелюбимые Вами «наивные библиотекарши» к нам бы присоединились). В своей статье «Быт гладиаторов» Вы позволили себе походя оскорбить память поэта Василия Каменского. Мы не будем углубляться в литературоведческие изыскания и заниматься анализом творчества Каменского в пермский период. В конце концов, это дело вкуса каждого читателя. Мы хотим вступиться за человеческое достоинство Василия Васильевича, ибо сам он защитить себя не может.
Не знаем, чем уж Вам так «насолил» Каменский, но можно предположить, что корни Вашей антипатии лежат в элементарном незнании его биографии. Похоже, Вы никогда не бывали в Троице - селе, расположенном в живописнейшем месте на берегу Сылвы. Не видели дома-корабля с ярко расписанными наличниками и воротами, в котором в 1932-1951 гг. наездами по несколько месяцев, чаще всего летом, жил поэт с женой Валентиной Николаевной Козловой, сыновьями Василием, Глебом, Алексеем. Двери троицкого дома всегда были гостеприимно открыты для уральских журналистов, писателей, художников, а также для столичных гостей. Поэт вел обширную переписку. В годы войны в доме слышна была музыка - вместе с композитором Марианом Ковалем Каменский работал над оперой «Емельян Пугачев», которая была поставлена в Перми силами эвакуированного из Ленинграда академического театра оперы и балета им. С. М. Кирова. Коллектив театра назвал постановку этой оперы одним из основных своих творческих достижений во время пребывания в Перми. Обо всем этом можно узнать, если познакомиться с документами, прочитать воспоминания современников Каменского, заглянуть в дом-музей поэта в Троице, наконец. Ваши слова о том, что, оставшись «без энергетической подпитки московской богемы», Василий Каменский утратил талант, шумных друзей, свободу, семью, весьма далеки от реальности.
С конца 1930-х гг. Каменский страдал жестоким тромбофлебитом (сказывались последствия авиакатастрофы 1912 г.) и в 1944-1945 гг. перенес две тяжелые операции по ампутации ног. Вы это имели в виду, говоря о гниении заживо?! Может быть, как знатоку и популяризатору русской истории Вам стоило быть более милосердным!
В заключении разрешите пожелать Вам творческих успехов на писательской ниве, чтобы в российских библиотеках, не говоря уже о пермских, Ваших книг стало неизмеримо больше, чем сочинений Василия Каменского.

Елена Боброва,  
зав. сектором  документально-письменных источников
Пермского областного краеведческого музея;
Валентина Дурыманова,
зав. мемориальным домом-музеем В. Каменского;
Зоя Антипина,
научный сотрудник мемориального дома-музея В. Каменского

Уважаемые сотрудники музеев!

Жаль, что вы так болезненно отреагировали на мою реплику. Не думаю, что мои слова чего-либо убавили или чего-либо прибавили в восприятии личности Василия Каменского. Судьба Каменского – драма, в которой было много пафоса, но я не выдавал её за фарс, а вам, наверное, не стоит выдумывать трагедий. Фигура Каменского неоднозначна, а количество «прочтений» лишь повышает её смысловую насыщенность. Проще говоря, Каменский – каждому свой, и чем более он разный, тем более долговечный. А по поводу «бывал - не бывал» и «читал – не читал» я оправдываться не буду. Надоело со времён обсуждения моего романа о Чердыни.
Без издёвки желаю вашему музею долголетия и многих экскурсантов. Мы всё-таки на общей «стороне баррикады», а напротив – невежество и равнодушие.

Алексей Иванов.

Еженедельник «Новый компаньон» (г.Пермь), 9 августа 2005 г.