ОДИНОЧЕСТВО СПЛАВЩИКА

Новый роман Алексея Иванова снова выламывается из всех стандартов, с которыми принято подходить к современной литературе, и оставляет читателя в состоянии полного ошеломления. Конечно, «Золото бунта» - не в пример стройнее и строже «Сердца Пармы», книга получилась во всех отношениях более зрелая – но и более сложная.
Сюжет – бешеный, словно ревущий поток, с отступлениями, невнятными вроде длиннотами. Язык ярок, но по-ивановски тёмен – открой в любом месте и обязательно наткнешься на что-нибудь такое: «На первой сплотке – на хомуте, на выстилке у длинного весла-дригалки, обычно стоял мужик. На задних сплотках – на круквинах, на журостях – бабы, девки, дети». Впрочем, этнографичности этой вскоре уже не замечаешь, тем более, что в этой книге она вся органично русская.
Место действия – Средний Урал, окрестности Чусовой. Время – вскоре после Пугачевского бунта. Страшные времена – «после Пугача на Чусовой ружьями и топорами не грозили просто так – сразу пускали в ход. Даже в драках за девок били насмерть и топтали ногами, и никто не вступался разнять – самого кончат. Народ с узды сорвался, кровь была – как вода. «Пугач закон отрешил»». И вот в это самое время молодой сплавщик Осташа Переход узнает, что погибший на сплаве его отец вроде бы знал тайну пугачевской казны. Начинается гонка за призрачным золотом – которая оборачивается для Осташи поиском отца и своей судьбы…
Нет ничего глупее, чем искать Иванову место в нынешних жанровых категориях. Его даже мэйнстримным писателем не назовешь – какой уж тут мэйнстрим, тут жизнь живая хлещет с каждой страницы. За Ивановым – традиция, именно в этом смысле он остается одним из немногих авторов, о языке которого имеет смысл говорить всерьез. За Ивановым – аввакумово «Житие», пушкинская «История Пугачева», горячечные диалоги Достоевского, страшная проза Гражданской войны – от Бабеля до Шолохова. Иванов словно включает машину времени – и ты проваливаешься в эту небылинную Русь, где уже родился Пушкин, но еще можно ненароком и душу потерять, и самого сатану в лесу встретить, а без креста – никак нельзя. Страну, где железо всегда дороже людей, злую, словно сама Чусовая… Но ведь, говорит Осташа, «судьбу себе не выбирают. Как мы Чусовую не выбирали. Другой-то реки все равно нету. Надо по этой плыть – и живым остаться, и людей сберечь, и груз довезти».

Петр Дейниченко
Еженедельник «Книжное обозрение» (г.Москва), 19-26 сентября 2005 г.