Так сложилось, что мне не только самому довелось долгое время прожить в общежитии института, но и прочесть немало опусов, описывающих быт и нравы общаг. На втором–третьем курсе об этом писали чуть ли не поголовно все. Так что, если у кого роман Алексея Иванова вызовет реакцию «не верю!», позволю не согласиться. Написано все правильно. Общага — место особое, переполненное страстями и хаосом. Здесь можно встретить и чистую любовь, и откровенный разврат. Здесь пьют, воруют и пишут замечательные стихи. Тут можно встретить человека, который рвет слушателям сердца, играя на гитаре, а через минуту — лежит в луже собственных нечистот. Здесь порой ведутся заумные беседы о науке и искусстве, но часто также говорят о таких вещах, что потом пьют до полной потери памяти — лишь бы забыть все сказанное. Общага — царство контрастов, и Иванов сумел отразить это в полной мере, но, как и многие до и после него, не смог завершить свое повествование на верной ноте.
Роман Алексея Иванова похож на самолет, в котором пассажирами являются Бог, талант и любовь. Груз — это груз грехов и пороков. Двигатели самолета — это творчество. Подъемная сила — нежность и искренность. К сожалению, докатившись до конца полосы, самолет так и не смог взлететь. Но это вообще редко кому удается.

Владимир Шиловский
Газета «Заполярная правда» (г.Норильск), 16 марта 2007 г.