Железнодорожный поселок Сортировка

Железнодорожный поселок Сортировка

Железнодорожный поселок Сортировка и все его обитатели, включая котенка Ваську и корову Буньку, оказывается полем битвы Галактической Империи и повстанцев. Причем, поскольку инопланетяне вселяются в тела землян, со стороны все происходящее выглядит как обычные местные разборки. Молодой лаборант биостанции по прозвищу Маза варит приворотное зелье для своей возлюбленной Хвостика. Дети, заигравшиеся в войнушку, сводят с ума меланхоличных космических пиратов. Молодой человек Навк бороздит просторы Космоса на антикварном корабле «Ультар».
Хотя сейчас красно солнышко русской литературы Алексей свет Иванов всячески открещивается от звания фантаста, которым его заклеймили после нашумевшего «Сердца Пармы», и обещает в ближайшее время поразить всех новой реалистической книгой про современность, начинал он все-таки, как ни крути, с фантастики. Причем с научной. В этом каждый может убедиться, ознакомившись с новым его релизом – изданным «Азбукой» сборником ранних повестей двадцатилетнего Иванова.
Ладные, добротные, захватывающие и смешные повести «Земля-сортировочная», «Победитель Хвостика», «Охота на «Большую Медведицу»» и роман «Корабли и Галактика» следуют лучшим традициям Стругацких, Кира Булычева и фантастических рассказов из культовой коллекции журнала «Юный техник». Какими-то особенно изобретательными футуристическими вывертами они не поражают, но зато Ивановым от них тянет за версту. Прочитав их, понимаешь, что да, никакой Иванов не фантаст. Иванов – это Иванов.
Иванов вообще писатель такого удивительного свойства, что любые жанровые рамки ему оказываются не впору. За что ни возьмется – за историю ли, за фантастику, обязательно получается книга, о которой потом долго спорят, что это вообще такое и с чем его едят.
На самом деле в чисто жанровом смысле Алексей Иванов ничего нового не привнес ни в фантастику, ни в фэнтези, ни в исторический роман. Однако никому еще не удавалось так сильно расшатать жанровые границы, так по-хорошему озадачить читателя, чье сознание, как ни крути, бесконечно загажено искусственными по своей сути рамками жанровости. В конечном итоге, споря о прозе Иванова, сойтись можно лишь на одном: Иванов в любой своей книге, какую ни возьми, пишет про путь воспитания и закаления человека, будь то князь Михаил Чердынский, Географ, Осташа Петров, Отличник или Маза из повести «Победитель Хвостика».
В литературоведении есть термин «роман становления». Это не жанр - жанр такого романа как раз может быть каким угодно - а ориентация на процесс трудного и порой болезненного складывания личности как на важнейший процесс. Не вдаваясь слишком глубоко в теорию, скажем, что творчество Алексея Иванова наследует традиции давние и именитые, ибо классическими романами становления считаются «Гаргантюа и Пантагрюэль» Рабле, «Годы учения и странствования Вильгельма Мейстера» Гёте, да и наш «Евгений Онегин», в общем-то, из того же ряда.
Наиболее примечательна из всего сборника повесть «Победитель Хвостика», в которой герой под руководством ведьмы Таньки и прочей лесной нечисти проходит ряд очистительных обрядов.
Мазу, томимого безответной любовью к Хвостику и собственной неспособностью написать задуманный роман, освобождают от суеты, чистят ему уши, оголяют нервы, подвешивают язык и, наконец, засовывают ему в грудь вместо сердца мешок углей - совершенно в духе пушкинского «Пророка». Неизвестно, является ли Маза альтер-эго писателя, однако в итоге бутылка с приворотным зельем оказывается разбитой и Хвостику герой все-таки предпочитает свой роман.

Мария Бутербродова
Сайт «Аfisha.mail.ru», 7 августа 2006 г.