«В ПЕРМИ ПЕНА ПРАКТИЧЕСКИ УЖЕ ВСЯ СОШЛА»

Отрывок из выступления директора Пермского музея современного искусства Марата Гельмана в клубе «Сноб»

- Первым скептиком был Чиркунов. Когда проект еще не был моим, главной движущей силой был Гордеев, а Чиркунов очень скептически относился к этому. А после выставки «Русское бедное»… За все пять лет губернатор сделал всего две вещи или наблюдал, которые имели такой отклик - дороги, еще что-то.

Я хочу сказать - когда год тому назад Гордеев выступил в Законодательном собрании и сказал, что мы будем делать музей современного искусства, его зашикали, он обиделся и ушел. А вчера утвердили бюджет не только музея, но и всей культурной программы те же самые люди. Это - что касается скептиков.

Касаемо местной и творческой интеллигенции – там действительно есть несколько уникальных персонажей, такие «инопланетяне», которые точно также роскошно реализовали бы себя и в Москве. Это Паша Печенкин, Володя Абашев, то есть те, которые сразу же стали членами нашей команды и увидели в этом какой-то свой шанс.

Есть люди, например, Гера Исаакян, художественный руководитель театра оперы и балета, который очень дружественен, но все-таки ждет. Раньше было две «звезды» в Перми, это – он (потому что очень сильный театр) и Алексей Иванов. Но сейчас много «звезд», и он немножко травмируется.

Есть Алексей Иванов, он занял естественную позицию писателя-почвенника, ну как бы наше – это хорошее, привозное – это плохое. При этом все это сошло. Иванов четыре месяца уже ничего не говорит, потому что, отличие от меня, наверное, в том, что я – человек, думаю об этом, а они - люди реагирующие. К примеру, в первой своей статье он говорит: вместо того, чтобы поддерживать этот новый музей с привозным этим искусством, надо было развивать нашу художественную галерею, которая наша, пермская. Мне Чиркунов говорит: «Что-то надо ответить». Я сказал: «Ну, поехали в галерею». Художники - Айвазовский, Репин, Тропинин. Подзываю Надежду Беляеву, директора (мы делаем совместный проект): «Ну, расскажи где здесь хоть один художник пермский, родился в Перми?» Один нашелся – «другой» Верещагин, № 2, портретист. То есть объясни, что культурное наследие формируется по другому принципу, не по месту практически и что Пушкинский музей - это наше национальное достояние, хотя там - Матис, Гоген и т. д. Надо выращивать своих художников вместо того, чтобы тратить время. Я говорю: ну, хорошо, давай вот в Москве, этот - ростовчанин, куча московской школы концептуализма, куча людей из Одессы. При этом ты приезжаешь в Одессу, в Ростов – это убитые города, провинциальные, глушь, никой культурной жизни. Я говорю: надо создавать площадку и тогда, те художники, которых ты вырастил, будут жить здесь, еще и другие приедут.

То есть система аргументации у Алексея Иванова очень хилая, но, с другой стороны, он нам очень помог. Все же писатель-почвенник – это нормальная позиция, и внутри этого какого-то диалога люди ориентировались. И сейчас большинство и сам он, видимо, это понял что, мы тебя любим как писателя, готовы тебе поставить памятник, но здесь люди, которые занимаются технологиями, пусть они работают.

Важно, что Пермь – это единственный край, субъект Федерации в котором абсолютно свободная пресса и в котором оппозиционной прессы даже больше чем провластной. Поэтому, естественно, оппоненты Чиркунова по бизнесу, по политике – люди, которые хотели бы на это место, пытаются воспользоваться этой энергией Алексея Иванова, энергией Союза художников - для того, чтобы угрожать Олегу и т. д.

Что касается поддержки – музей за год из бюджетных средств не купил ни одной работы. Бюджет финансирует содержание здания и помогает организовывать выставки, финансировать деятельность, это зарплаты и т. д. А все работы куплены бизнесом. Технология в Россия известная – новый год, прием губернатора, собирается бизнес и губернатор говорит: «Ребята, наше поколение должно оставить наследие. Этим наследием будет новый музей современного искусства. Участвуйте!».

«ГЕЛЬМАН СТЫДЛИВО ОТВОДИТ ГЛАЗА ОТ ВОПРОСА ПРО БЮДЖЕТ»

Комментарий писателя Алексея Иванова

Сначала – про смену лидеров. Был гордеевский проект за деньги Сергея Гордеева, стал гельмановский проект за деньги бюджета. Так работают «люди, которые занимаются технологиями».

Теперь не мешало бы за госсчёт поддержать проекты «инопланетян». А то как-то нехорошо, что целый год Паша и Володя видят поддержку лишь в ЖЖ куратора. Ведь г-н Гельман бодро рулит нынешним бюджетом пермской культуры. Видимо, у г-на Гельмана системные проблемы с календарем.

Про это поясню. Вроде, я в сентябре говорил о пермской культуре – оказывается, за октябрь прошло «четыре месяца». Рад, что обо мне так быстро заскучали. Вообще-то я выступал и в октябре, только аудитория была узкая – следователи прокуратуры. Но их тоже очень интересовала ситуация в пермской культуре. Точнее, в бюджете этой культуры. Жаль, что я не в теме. В пермской культуре я всегда не в теме. Но по-прежнему у микрофона.

Не надо шлепать Пермь по щекам картинами Репина и Тропинина в галерее. Во-первых, эти картины достались Перми бесплатно по межмузейному обмену СССР. Во-вторых, Репин и Тропинин, переезжая в Пермь, были уже классиками и немножко не совсем живыми, а протеже г-на Гельмана – немножко не совсем классики и очень даже живы.

На мой взгляд, г-ну Гельману, чтобы обнаружить привычную ему культурную жизнь в убитых Перми, Ростове и Одессе, надо выехать из элитной дачи и зайти в вокзальный сортир – там налицо все признаки той концептуальности, которую г-н Гельман так любит обыгрывать в своих проектах. Гопничество кажется каким-то художественным открытием только с хорошо охраняемых территорий элитных дач. Калек и деградантов в качестве модели бытия выбирал еще Босх, и даже в его времена это не было новинкой.

Г-н Гельман упрямо съезжает на вопрос о художественных достоинствах тех или иных явлений. И стыдливо отводит глаза от вопроса про бюджет. А мне интереснее бюджет – ведь это я почему-то отдуваюсь за него перед следователями, хотя не я устроил всю эту петрушку. В бюджете, кстати, тоже есть что-то от Босха.

Г-н Гельман, или, если угодно, г-н Мильграм, плиз, назовите критерии, которыми вы руководствуетесь при расходовании денег. Мой критерий – «местное», потому что бюджет местный. «Местное» в смысле:

Б. Произведено не в Перми и не пермяками, но выражает Пермь.

В. Произведено не в Перми и не пермяками, не выражает Пермь, но является вложением капитала.

Про А и Б все понятно. А вот пункт В… Является ли результат отбора г-на Гельмана вложением пермского капитала? Ау, эксперты! Ау, арт-дилеры! Скажите: стоят ли арт-тусовки господ-наших-наставников столько, сколько за них заплатила Пермь? Например, Артемий Лебедев озаряет наш городок своим креативом вообще бесплатно. Не равняться ли на Лебедева?

Г-н Гельман говорит, что на шедевры из его собраний не потрачено ни копейки бюджета. Блин, я хочу, чтобы конные бюсты этих таинственных меценатов стояли на эспланаде рядом с моим конным бюстом! Кто скрывает от города его Третьяковых и Дягилевых?

Кстати, другие музеи Перми за прошедший год тоже не потратили ни копейки бюджета на приобретение новых экспонатов. Не один г-н Гельман у нас такой скромный.

Нам говорят, что у нас нет достойных художественных явлений. А как же инопланетяне Паша и Володя? А Гера с его «Золотыми масками»? Может, сначала поинтересоваться, что все-таки у нас есть? Хотя лучше не надо. Вдруг – пронеси, господи! - найдутся свои художники и режиссёры, и даже галеристы?.. Узнаешь про кого-нибудь – и денег на ПЕРММ не хватит.

Нас учат быть толерантными. Оно и верно. Вручили г-ну Гельману бюджет – а Иванов от зависти погряз в ксенофобии. Нехорошо. Но что взять с почвенника? Тем «искусствоведам в штатском», что интересовались у меня ситуацией, я передам, что они нетолерантны.

Господа начальники! Будьте толерантны до конца. Пожалуйста, ясно и конкретно, как я, назовите критерии, которыми вы руководствуетесь, расходуя бюджет. И мотивируйте, пожалуйста, почему в этих расходах должен участвовать непременно пермский бюджет, а не одесский или ростовский. И тогда не будет никаких вопросов.